Шесть квартир, пять машин и золото: бывший силовик требует вернуть всё обратно
Апелляцию подали четверо: сам Дмитрий Докучаев, его супруга и ещё двое родственников. Все они требуют отменить апрельское решение Никулинского районного суда Москвы, которым антикоррупционный иск Генпрокуратуры удовлетворили полностью.
Речь идёт об активах стоимостью сотни миллионов рублей. Среди изъятого — пять квартир с машино-местами, пять автомобилей, пять килограммов золота в слитках, бриллианты и крупные суммы наличных. Отдельным пунктом суд обязал семью вернуть государству деньги, вырученные от продажи недвижимости и машин, которые ей принадлежали раньше.
Формально жалоба уже подана, но движения по ней пока нет. Московский городской суд оставил её без движения — стандартная процедура, когда к документу есть претензии по форме или комплектности.
И вот тут самое интересное. Докучаев вышел на свободу условно-досрочно — отсидел два года из шести, назначенных в 2019-м по делу о государственной измене. Процесс шёл в закрытом режиме, материалы до сих пор под грифом «совершенно секретно».
Но едва освободившись, экс-майор снова попал в поле зрения правоохранителей. Теперь — в рамках расследования дела создателей анонимной платёжной системы UAPS. По данным «Коммерсанта», Докучаев этой системой пользовался. Именно эта проверка и запустила механизм изъятия имущества.
Порядок действий в подобных делах стандартный: сначала прокуратура подаёт антикоррупционный иск, суд обращает имущество в доход государства, затем ответчик пытается оспорить это решение. Вопрос в том, насколько успешно. По данным судебной статистики за последние три года, решения об обращении активов в доход государства отменяются в единичных случаях — когда прокуратура не смогла подтвердить связь имущества с доходами неустановленного происхождения.
Что это значит для рынка недвижимости и не только
Если апелляцию удовлетворят — а это маловероятный сценарий, — прецедент может аукнуться в смежных отраслях. В первую очередь в сегменте элитного жилья Москвы, где подобные конфискации за последние три года стали обыденностью. Риелторы уже отмечают: квартиры, изъятые по антикоррупционным искам, всё чаще уходят с торгов ниже рынка, что давит на цены в отдельных районах.
Второй момент — банковский. Если суд признает изъятие незаконным, встанет вопрос о компенсации. А это уже бюджетные деньги. Пока таких прецедентов единицы, но каждый новый иск создаёт дополнительную нагрузку на систему.
Для обычного покупателя недвижимости ситуация тоже имеет значение. Квартиры, прошедшие через конфискацию, порой всплывают в цепочках перепродаж. Юристы советуют проверять историю объекта за последние пять лет — особенно если сделка выглядит подозрительно выгодной.
Сам Докучаев пока никак не комментировал ситуацию публично. Его позиция изложена только в апелляционной жалобе. Дата рассмотрения пока не назначена — жалоба всё ещё находится на стадии устранения недостатков.
Докучаева приговорили к шести годам колонии в 2019-м, через два года он вышел по УДО. Конфискация активов последовала уже после освобождения — и теперь он оспаривает её в апелляции. Судя по тому, как развивается дело, борьба будет долгой.