Спартанское детство, швейцарский затвор и миллионные алименты: что стало с Ольгой и Еленой
Судьбы Ольги и Елены Ростропович сложились по-разному. Одна вернулась в Россию и возглавила семейные фонды, другая осела в Италии и занялась благотворительностью. Но детство у обеих было одинаково суровым — с показательными сожжениями одежды, наказаниями за опоздания и жизнью в закрытом пансионе.
Знаменитый «Дом композиторов» в Газетном переулке, где выросли девочки, мало походил на беззаботную обитель золотой молодёжи. Вокруг круглосуточно звучала музыка, а дома царила железная дисциплина. За опоздание с прогулки могли остричь налысо. Модные вещи, привезённые из-за границы, без лишних разговоров отправляли в огонь.
Стремительный роман и железные правила
Родители девочек познакомились в 1955 году на фестивале в Париже. 28-летний виолончелист и 29-летняя оперная дива решили быть вместе через несколько дней после знакомства. Ради этого романа певица ушла от прежнего мужа Марка Рубина. Два сильных характера в одной семье — это вечный поиск компромиссов. Общительный Ростропович обожал шумные застолья, а Вишневской для подготовки к спектаклям нужны были тишина и покой.
В 1956 году родилась Ольга, через два года — Елена. Несмотря на статус и достаток, девочек приучали к домашнему труду, стирке и готовке. К шести годам Ольга сама жарила яичницу с помидорами — любимое блюдо отца.
Распорядок дня был железным, ложь строго каралась. Когда младшая Елена однажды задержалась на улице, Вишневская в наказание отрезала ей длинные волосы. Девочке пришлось ходить в косынке, пока они не отросли. По решению отца она целый год ходила в школу исключительно в форме.
Отдельная история — с джинсами. Вишневская привезла дочерям из-за границы модные обновки. Ростропович посчитал такую одежду неприличной и сжёг её прямо на веранде под плач девочек. Вишневская при детях спорить не стала.
Изгнание и швейцарский затвор
В 1974 году привычная жизнь закончилась. Из-за открытой поддержки Александра Солженицына, которому Ростропович дал приют на даче и в защиту которого написал открытое письмо, музыкант попал в опалу. Ему закрыли выезд за рубеж, отменили концерты. Покинуть СССР семье удалось благодаря содействию американского сенатора — отъезд оформили как творческую командировку. Ольге тогда было 18, Елене — 16. В 1978 году супругов лишили советского гражданства.
Родители непрерывно гастролировали, возить дочерей по отелям было невозможно. Решение нашлось жёсткое: девочек отправили в закрытый монастырь-пансион в швейцарской Лозанне.
«Я отправила своих дочерей в монастырь, чтобы они успокоились. Я намеренно выбрала для них это учебное заведение, чтобы они сначала осели, посмотрели на окружающий заграничный мир из-за стены. А не сразу во все его соблазны погрузились», — объясняла позже Галина Вишневская.
В пансионе сестёр расселили по разным комнатам и запретили общаться на русском языке. За полгода Ольга и Елена освоили французский и подтянули английский.
Разные дороги в Нью-Йорке
Через два года семья воссоединилась в Нью-Йорке. Сёстры поступили в Джульярдскую музыкальную школу. Поначалу жили в женском общежитии, но позже Ольга уговорила отца снять квартиру напротив учебного заведения.
Елена окончила обучение экстерном и некоторое время аккомпанировала отцу на гастролях. Вскоре вышла замуж за итальянского дизайнера Стефано Тартини, переехала в Париж и оставила профессиональную сцену.
Ольга подавала надежды как виолончелистка, но поняла: славу родителей не превзойти. Решение заняться преподаванием вызвало гнев Ростроповича. Отец отобрал подаренную виолончель и три года не общался с дочерью. Помирились они только накануне её свадьбы с марокканским миллиардером Олафом Гераном-Гермесом, наследником модного дома Hermès. Свадьбу сыграли в Париже в 1991 году.
Скандальный развод и возвращение на родину
Брак Ольги продлился десять лет. В 2001 году, узнав об измене мужа с её близкой подругой, которая ждала от него ребёнка, она подала на развод. Процесс сопровождался скандалом: Олаф утверждал в суде, что у него нет ни свободных средств, ни недвижимости. Тем не менее суд обязал его выплачивать алименты в размере 300 тысяч долларов в год и ежемесячно выделять по 10 тысяч долларов на содержание сыновей — Олега и Мстислава.
Ольга сама вырастила сыновей, отправив их на учёбу в Швейцарию. Позже старший сын продолжил образование в США, где изучал связи с общественностью.
В 2007 году, после смерти Мстислава Ростроповича, Ольга вернулась в Россию. Она помогала матери в Центре оперного пения Галины Вишневской, а после её смерти в 2012 году возглавила его. Сегодня Ольга также руководит Фондом Ростроповича, помогающим молодым музыкантам, и благотворительной организацией «За здоровье и будущее детей». В России она снова вышла замуж — её супруг Армен занимается культурными и образовательными проектами.
Италия, вакцинация и наследие семьи
Младшая дочь Елена обосновалась в Италии. У неё четверо детей от двух браков: сын Иван стал врачом, Сергей — режиссёром, Анастасия посвятила себя живописи, а Александр — игре на фортепиано. В отличие от родителей, Елена не навязывала детям музыкальную карьеру.
Сегодня она руководит международным медицинским фондом «Вишневская — Ростропович», который занимается программами детской вакцинации по всему миру. Елена признаётся, что ей не хватает общего дома — раньше вся семья собиралась в петербургской квартире родителей на набережной Кутузова.
С годами Галина Вишневская признавала, что порой была слишком строгой, и сожалела об отрезанных волосах дочери. Она радовалась, что внуков миновали многочасовые обязательные занятия музыкой.
Тем не менее и Ольга, и Елена вспоминают родителей с благодарностью: по их словам, именно суровое воспитание помогло им выстоять в самые сложные периоды жизни.
Судьба семьи Ростроповичей — это история о том, как спартанские методы воспитания соседствуют с мировой славой. И о том, что наследники великих имён часто ищут собственный путь — через сцену, благотворительность или тихую семейную жизнь вдали от родительской тени.