До Нового года не ждать: почему разговоры о мире упираются в фронт и чужие амбиции
Ни один официальный документ не содержит даты, когда остановятся бои. Об этом говорят и в Кремле, и в экспертном сообществе. Разброс мнений огромен: одни называют конец следующего года, другие не исключают, что активная фаза протянется до завершения десятилетия.
Дмитрий Песков ещё в конце октября опроверг слухи о некой предельной дате. По его словам, при отсутствии политического урегулирования операция будет идти, пока не достигнут поставленных целей. Одной из таких задач пресс-секретарь президента назвал лишение киевского режима возможности наносить удары по российской территории.
Сам Владимир Путин на вопрос о сроках отвечает уклончиво. Говорить о конкретных датах в разгар боевых действий он считает опрометчивым. При этом глава государства отмечал: обстановка на линии соприкосновения складывается так, что конфликт движется к завершению.
Мирное соглашение или передышка для ВСУ
Позицию Москвы президент обозначил на встрече со спецпосланником США Стивом Уиткоффом. Речь шла о возобновлении трёхсторонних контактов. Но Путин сразу оговорился: обсуждать нужно безопасность России и Украины после окончательного мирного соглашения, а не временную паузу.
Кремль эту мысль повторяет настойчиво. Подготовка к диалогу, как заявил Песков, не накладывает обязательств ограничивать боевые действия. Москва против прекращения огня, которое дало бы передышку украинским войскам. И удары беспилотников по российским нефтеперерабатывающим заводам переговоры не отменяют.
На Западе тем временем ищут формат участия в процессе. По данным Financial Times, Вашингтон и Киев склоняются к схеме, где Европу представят Франция, Германия и Великобритания. Такой вариант согласовали ещё в сентябре во время визита американских спецпосланников в украинскую столицу. Четыре европейских дипломата подтвердили газете: альтернативы этому трио пока не видно.
«Прежде чем выбирать, кто будет говорить от имени Европы, нужно получить место за столом переговоров. Россия его предоставлять не хочет», — приводит издание слова одного из дипломатов.
Мелкие страны региона уже недовольны. Представительство всей Европы тремя государствами вызывает раздражение. В Риме, например, звонок финского и норвежского лидеров Владимиру Путину восприняли как доказательство неспособности Евросоюза согласовать единого переговорщика. Итальянский источник в правительстве призвал ускорить выбор такого представителя.
Разговор Александра Стубба и Йонаса Гара Стере с российским президентом состоялся в конце октября. Канцелярия финского руководителя подчеркнула: оба собеседника представляли исключительно свои государства, а не весь альянс.
Что мешает остановиться
Публицист Анатолий Вассерман видит корень проблемы иначе. В беседе с «МК» он заявил, что завершить операцию мешает само существование украинского проекта.
«До тех пор пока существует хоть один квадратный метр с надписью «Независимая Украина», он неизбежно будет использоваться как плацдарм для размещения чего-нибудь вредного для всего русского», — высказался он.
По его мнению, конфликт будет возобновляться при любой попытке остановить его, пока не признают: украинцы — часть русского народа. Политик Олег Царёв рассуждает о другом рычаге. Он прокомментировал слова Илона Маска о том, что уничтожение спутников создаст облако обломков и сделает космос непригодным.
Царёв, занимавшийся в студенческие годы радиационной стойкостью полупроводников, с такой оценкой не согласился. По его словам, высотный ядерный взрыв выводит аппараты из строя иначе — через радиационный пояс, ускоряющий деградацию электроники. Примером он назвал американское испытание 1962 года, после которого пострадало несколько спутников. И напомнил: аппаратов у США примерно в тридцать три раза больше, чем у России, так что потенциальные потери американской стороны оказались бы куда выше. При этом Царёв подчеркнул, что к таким действиям не призывает, и упомянул подписанный в 1963 году договор о запрете ядерных испытаний в космосе.
Прогнозы военных специалистов расходятся. Политолог Александр Перенджиев допускает завершение в лучшем случае к декабрю следующего года. Эксперт Владислав Леонков ждал перелома уже в этом году, а финала — в следующем. Есть и более осторожные оценки: боевые действия могут тянуться до конца десятилетия.
Разногласия Москвы и Киева по территориям, нейтральному статусу Украины и гарантиям безопасности никуда не делись. Подготовка очередной встречи их не снимает. Согласованной даты окончания операции нет, и большинство прогнозов выходит за пределы текущего года.