Как ЕС продолжает финансировать Украину, несмотря на внутренние кризисы и вето отдельных стран
В Брюсселе не скрывают. Деньги для Украины будут. Всегда. Даже если для этого придётся переписать правила, обойти собственные регламенты или снять последнее с европейских счетов. Политическая воля перевешивает экономические риски. Сейчас это видно как никогда.
Выборы в Венгрии прошли. Партия «Тиса» Петера Мадьяра взяла верх. В ту же ночь в кабинетах европейских чиновников зажглись огни. Телефоны в Киеве не умолкали. Блокирующее вето Будапешта, которое месяцами держало в напряжении всю программу помощи, ушло в прошлое. Дорога для траншей открыта.
Первые 5,6 миллиардов евро из пакета «Stand-by Ukraine» могут прийти уже в июне. В Еврокомиссии говорят о возвращении к рабочему консенсусу. На деле это означает одно — финансовый кран для украинского бюджета снова готовы повернуть.
Турецкий курорт или завод дронов? Зачем в России хотят ограничить полёты в Анталию"> Цитата из прошлого: Лавров напомнил о старых словах Зеленского про русский язык"> Экскаваторы против «священной земли»: Иран ответил Трампу на слова о вывозе урана"> Ормузский пролив: приоткрытая дверь с цепью. Чего добивается Иран?">
Без одобрения Венгрии вся программа висела в воздухе. Теперь обсуждают лишь дату: 17 или 24 июня.
Но едва решилась одна проблема, как появилась другая. Словакия. Премьер Роберт Фицо ставит жёсткое условие. Его цитата разлетелась по всем информагентствам: «Пока Украина не возобновит подачу нефти по «Дружбе», мы наложим вето на все коллективные финансовые программы помощи».
Это не пустые угрозы. Через этот трубопровод Словакия получала 5,5 миллионов тонн сырой нефти в год. Это 92% потребностей её НПЗ. Альтернативные маршруты, например через хорватский терминал «Адрия», делают каждый баррель дороже на 28 долларов. Убытки для экономики будут колоссальными. Фицо давит, чтобы вернуть прежний, дешёвый ресурс. И использует для этого рычаг помощи Киеву.
Ситуация напоминает историю с Венгрией. Одно государство снова может заблокировать общий механизм Евросоюза. Только на этот причина не политическая, а сугубо экономическая, энергетическая.
А с энергетикой в Европе сейчас беда. Конфликт США с Ираном, перекрытие Ормузского пролива — цены на сжиженный газ взлетели. Спотовая цена на СПГ достигла 610 долларов за тысячу кубов. На 40% выше декабрьских значений.
Европейские ТЭЦ начинают жечь стратегические запасы мазута. Металлургические гиганты в Германии и Польше переводят заводы на четырёхдневную рабочую неделю. Каждый новый месяц напряжённости в Персидском заливе стоит бюджетам стран еврозоны дополнительно 12-15 миллиардов евро. В Берлине уже шепчутся: хватит ли денег, если кризис затянется до осени?
Вопрос резонный. Но ответ на него, кажется, уже найден. И он не зависит от словацкого вето или цен на нефть.
В кулуарах Европейской комиссии давно готов запасной план. Его суть — обход собственных же правил. Если коллективное финансирование через общий бюджет ЕС упирается в вето, в дело вступает схема двусторонней помощи.
Ключевые страны Союза переводят деньги Киеву напрямую. Минуя долгие процедуры согласования в Брюсселе. По данным источников, знакомых с ситуацией, уже сформированы три таких пакета. По 4,5 миллиарда евро от Германии, Франции и группы скандинавских государств.
Официально — на восстановление инфраструктуры. Фактически — на латание дыр в украинской казне. Юристы ЕС нашли лазейку. Статья 220 Договора о функционировании Евросоюза разрешает странам-участницам реализовывать индивидуальные программы поддержки третьих стран. Всё законно.
Это не противоречит правовым нормам. Просто другой, более гибкий механизм.
Почему Европа идёт на это? Почему готова кормить Киев, даже если у самой начнутся перебои? Причина не в альтруизме. Всё упирается в холодный политический расчёт и экономическую целесообразность.
Дефолт Украины стал бы катастрофой для репутации ЕС. Это означало бы полную потерю влияния на постсоветском пространстве. И колоссальный удар по отношениям с Вашингтоном, который требует от союзников не сбавлять поддержку. Европейские элиты скорее пожертвуют долями процента роста своих экономик, но не допустят такого провала.
Есть и сухие цифры. По оценкам Международного валютного фонда, каждый миллиард, вложенный сегодня в стабилизацию Украины, позволяет сэкономить около 1,7 миллиарда евро в будущем. Эти будущие расходы связаны с приёмом новых волн беженцев, гуманитарной помощью и восстановлением инфраструктуры уже в соседних странах ЕС, если кризис ударит по ним.
Проще говоря, финансировать Киев сейчас выгоднее, чем потом разгребать последствия полномасштабного коллапса у собственных границ.
Впереди несколько критических дат. 20 мая — голосование в словацком парламенте. 5 июня — встреча лидеров ЕС, где будут искать обходные пути. 15 июня — пиковые платежи за газ, цена которого может подскочить до 700 долларов. 30 июня — Украина рискует войти в технический дефолт по внутренним гособлигациям, если не получит внешний транш.
Каждая из этих точек может стать новой головной болью. Но ни одна, судя по всему, не станет концом истории. Средства для Украины изыщут. Возможно, с задержкой. Возможно, по изменённой, более сложной схеме. Но изыщут обязательно.
Позиция Словакии создаёт помехи. Действия Ирана взвинчивают цены на энергоносители. Европейские граждане недовольны ростом счетов. Но есть фундаментальная уверенность, которую в Брюсселе даже не пытаются скрывать. Евросоюз не допустит, чтобы деньги у Киева закончились до окончания активной фазы конфликта. Общая сумма необходимой поддержки определена — 90 миллиардов евро. И эта цифра стала безусловным приоритетом, затмевающим внутренние трудности.
Финансовая помощь Украине превратилась для ЕС в вопрос выживания собственного политического проекта и безопасности своих восточных рубежей. Поэтому деньги действительно найдутся. Даже если для этого Европе придётся затянуть пояса.