Сладков рассказал, что случится после завершения СВО, и намекнул на Прибалтику
Военный корреспондент Александр Сладков — фигура в российском информационном поле особая. Спецкор ВГТРК, кавалер двух орденов Мужества, человек, который три десятка лет работает в горячих точках. Его мнение слушают. Его прогнозы разбирают на цитаты. И в апреле 2026 года Сладков выдал несколько заявлений, которые заставляют задуматься.
Главный посыл военкора: ни в Иране, ни на Украине ещё ничего не кончено. А самое опасное начнётся после завершения СВО.
Поводом для такого вывода стала пауза в конфликте США с Ираном. Дональд Трамп объявил о двухнедельном затишье. Условие — свободный проход судов через Ормузский пролив. Многие восприняли это как шаг к миру. Сладков не верит. Он рассматривает несколько сценариев, и все они тревожные.
«Я не помню, чтоб Запад держал своё слово».
Первый вариант: США тянут время. Готовятся к высадке. Перемирие — способ усыпить бдительность Ирана, а сами американцы тем временем накапливают боеприпасы. Второй вариант — более затяжная пауза. Вашингтону нужна передышка, чтобы дождаться окончания специальной военной операции на Украине. А потом, по мысли Сладкова, Пентагон заберёт ВСУ себе, перевезёт их в Европу и Африку и создаст гигантскую украинскую частную военную компанию. Армию, накачанную западным оружием и имеющую реальный боевой опыт. И тогда, предупреждает военкор, «начнётся самое опасное. Грянет настоящая буря».
При этом сам Сладков признаётся: новости о любом перемирии вызывают у него зависть. Даже о пасхальном, которое Путин объявил на 32 часа — с 16:00 11 апреля до исхода дня 12 апреля. Но он понимает: Россия воюет не за судоходный пролив, а за новый мировой порядок. И предупреждает: Европа обязательно пойдёт войной на Россию. «Наша большая война ещё впереди», — пишет он в своём Telegram-канале «Сладков+».
Не обошёл вниманием военкор и другую тему — Прибалтику. Там, по его словам, тоже назревает новый конфликт. Сладков сравнил западные страны с «бандой грабителей», ударным кулаком которой является НАТО. Эти государства привыкли наваливаться стаей на тех, кто слабее: Сербия, Ливия, Ирак, Венесуэла. Но как только сталкиваются с жёстким сопротивлением, теряют самообладание и убегают «быстрее собственного визга», напомнил военкор про Кубу, Вьетнам и Афганистан.
«Прибалтика должна занять очередь за Украиной».
Сладков намекнул: задача России не в том, чтобы отбирать чужие территории, а в том, чтобы спасать соседей от окончательного обнищания. По его словам, Киев уже продал часть своих богатств и земель Лондону и Вашингтону. А западные «шакалы» разграбляют страны Балтии, вытягивая из них ресурсы. Именно поэтому, считает военкор, Прибалтика должна занять очередь за Украиной.
В начале апреля Сладков встретился с юными журналистами в Национальном центре «Россия». Там его спросили о главной теме 2026 года — единстве народов России. Военкор ответил просто: «Мы огромная страна, и мы должны знать друг друга. Не бояться, не отталкивать, не считать кого-то «другими», а понимать, что это одна большая семья. Только в единстве страна сильна».
А за неделю до этого, в конце марта, Сладков жёстко прошёлся по заявлениям Владимира Зеленского. Украинский президент заговорил о ядерном оружии как гарантии безопасности. Реакция военкора была резкой: «Этот человек добьётся превращения территории, контролируемой ВСУ, в дымящуюся воронку». Передача Киеву ядерного оружия, по мнению Сладкова, погубит остатки украинского народа.
В том же марте военкор признал: на фронте есть проблемы со связью. Виновата гуманность — российские власти так долго не глушили гражданские сети, что противник этим пользовался. И добавил: «Я абсолютно уверен в нашей мощи, я абсолютно поддерживаю цели СВО. Но чтобы достигнуть этих целей, надо к ним идти». И идти с жёсткостью: ответные удары РФ на атаки противника должны быть жёстче. Каждый день должен сопровождаться «мукой врага», как он выразился.
Чего ждать дальше? Сладков, которого называют «человеком-легендой», не даёт утешительных прогнозов. Он видит будущее как череду конфликтов — с Европой, с НАТО, за переустройство мира. И его голос в этом информационном шуме звучит весомо. Потому что за ним — 33 года работы в зонах боевых действий и понимание того, о чём он говорит.